| Пакет или… «несчастные» коррупционеры |
 |
 |
 |
| 25.08.2009 23:33 | |||
Завзятые поклонники всемирной паутины утверждают, что в интернете есть все. И – даже больше.
С последним утверждением согласиться, вроде бы, трудно, но, если вдуматься и проанализировать увиденное и прочитанное на экране монитора… Называют же некоторые авторы – чаще всего безымянные – антимонопольный пакет антикоррупционным. С одной стороны, одно понятие с другим, как говорили когда-то в Одессе, и рядом не стояло. С другой же… В общем, попробуем разобраться. Итак, 21 июля 2009 года Президент России подписал «Второй антимонопольный пакет», содержащий в себе изменения в законе «О защите конкуренции», Уголовном кодексе и Кодексе об административных правонарушениях. Сей документ был принят Государственной Думой 3 июля и одобрен Советом Федерации 7 июля текущего года. На состоявшейся вскоре после подписания Пакета президентом пресс-конференции глава Федеральной антимонопольной службы (ФАС) Игорь Артемьев отметил, что внесенные поправки почти на треть меняют прежний закон «О защите конкуренции», ужесточают административную и, тем более, уголовную ответственность. По словам главного антимонополиста страны, благодаря поправкам, которые к тому же носят антикоррупционный характер, значительно, если не навсегда, умерят свои аппетиты «прикормленные» чиновники. Ведь до сих пор с выгодой для себя они оказывали преференции тем или иным «придворным компаниям» по предоставлению субсидий, неправомерному снижению арендных ставок, выделению земельных участков, ограничивая тем самым экономические интересы других компаний, а значит, здоровую конкурентную среду. Получается, что интернету иногда можно доверять. И второй антимонопольный пакет вполне заслуженно именовать еще и антикоррупционным. А вот насчет быстрого и повсеместного «несварения желудка» у прикормленных» чиновников верится, поймите правильно, с трудом. Да, получила в свое время некая «придворная компания» (не одна, надо думать и даже не десять, если брать в целом по стране) весьма льготные субсидии, годами платила явно заниженную арендную плату, а земельный участок отхватила в самом престижном месте. Опять же, не по рыночным ценам. И, что теперь? Субсидии уже давно возвращены государству (муниципалитету) в полном объеме, даже – с процентами. Арендная плата (заниженная, напомню) вносилась регулярно и в строгом соответствии с имеющимися документами. А земельный участок почти сразу был продан втридорога и деньги тут же пущены в оборот. Вполне законный и абсолютно легальный, заметьте. В правовом государстве, как известно, законы обратной силы не имеют. И, если все перечисленные выше деяния до принятия Второго антимонопольного пакета не подпадали под уголовную и даже под административную ответственность, то – извините. Опять же, вполне понимаю любого руководителя предприятия. Если можно получить деньги на развитие чуть ли не безвозмездно, снизить производственные издержки за счет чисто символической арендной платы и выгодно перепродать земельный участок, то отказаться от этого может только… Надеюсь, все догадались? А то, что за это нужно было отдать какой-то процент от суммы гарантированной экономии… Так не всю же, в конце концов! Некрасиво? Это еще очень мягко сказано. Аморально? Однозначно – да! Только завод или магазин – это, все-таки, не благотворительный фонд или общество защиты животных. А в конкурентной борьбе, пусть даже и не очень здоровой, выживает все-таки… сильнейший. И теперь «придворная компания» перестает таковой быть. Либо потому, что больше ничего уже и не надо (с трудом в это верится, но – бывает), либо из опасения попасть под действие нового антимонопольного пакета. Который, напоминаю, еще и антикоррупционный. Значит, чиновник остается без привычного уже «прикорма». На короткое время. Ведь нельзя же ограничивать экономические интересы других компаний?! Значит, будем создавать здоровую конкурентную среду. Кто раньше встал, того и сапоги. В смысле, кто больше дал… Аукцион, тендер, еще какое-нибудь новомодное или не очень словечко ввернем. Вот, кстати. Уж очень понравилось в измененной редакции закона «О защите конкуренции» понятие «преференция» (от лат. praeferre – предпочитать). В значении, надо думать, «преимущества, льготы». Это, наверное, чтобы малообразованного коррупционера или взяточника больше запугать иностранным словом, когда все русские уже закончились. Хотя, если серьезно, законодателю виднее, какие слова и когда использовать. Но, вернемся к антимонопольному пакету. Поправки в Уголовный кодекс предусматривают также ответственность и «персональную отсидку» за антиконкурентные действия. Как то: ценовые сговоры, неоднократное злоупотребление доминирующим положением, выражающееся в установлении монопольно высоких или низких цен, ограничении доступа на рынок, извлечении дохода в крупных размерах. И в причинении, соответственно, ущерба гражданам, организациям или государству. И если раньше руководители компаний за нарушения обычно отделывались штрафами из денег акционеров (!), то теперь могут и посадить. Так, после вступления в силу поправок в Уголовный кодекс за решеткой могут оказаться первые лица нефтяных компаний, чье неконкурентное поведение будет доказано. Правда, их президенты могут спать спокойно – их действие закона не коснется, а вот начиная с генеральных директоров… В любом случае, глава ФАС стопроцентно уверен, что нефтяников можно смело называть нарушителями антимонопольного законодательства. «Главный индикатор отпускных цен на бензин с нефтеперерабатывающих заводов – это мировые цены на нефть минус экспортная пошлина, минус логистика, - сказал Артемьев. - Это значит, что оптовая цена в регионах на бензин должна состоять исключительно из отпускной цены нефтеперерабатывающих заводов плюс транспортные расходы». Однако у нефтяников, по словам господина Артемьева, другой счет, измеряемый «попыткой поживиться» за счет потребителей. И с этим трудно не согласиться. Ведь получается, что российские потребители получают нефть по ценам выше мировых. Так что от тюрьмы нефтяникам можно теперь не зарекаться. Из главных же достижений, нашедших отражение в антимонопольном пакете, многие эксперты выделили несколько основных пунктов. Прежде всего, определение понятий монопольно высокой и низкой цен, которые теперь четко прописаны в законе. И в дальнейшем при определении монопольно завышенной цены будут использоваться как затратный метод исследования (оценка суммы необходимых расходов для производства товара), так и «метод сопоставимых рынков» (сравнение с ценой, установленной в условиях рыночной конкуренции). Снижается также порог доминирования на рынке. Если крупнейшая компания на рынке начинает диктовать свои условия и все остальные вынуждены под нее подстраиваться, то действия такой компании могут быть расценены как нарушающие антимонопольное законодательство. Интересно бы более подробно узнать, как крупнейшей компании нужно диктовать свои условия, чтобы все без исключения вынуждены были их соблюдать? Но это уже так, к слову. В общем, комментировать сам Второй антимонопольный пакет и все (или, хотя бы, основные) публичные заявления, с ним связанные, дело довольно долгое и неблагодарное. Все, кому это действительно надо, уже разобрались сами. А кому очень надо, привлекли к этому вопросу и профессионалов, начиная, конечно же, с юристов. Так что лучше попробуем кратко сравнить сегодняшние российские реалии с зарубежным опытом. Это ведь не только модно, но иногда и полезно. В странах мира существуют различные источники правового регулирования пресечения недобросовестной конкуренции и монополистической деятельности: в Австрии, Испании, Канаде, ФРГ, Швейцарии – отдельные антимонопольные законы; в Италии, Франции – антимонопольные законы и общие нормы гражданского права, в Великобритании и США – антимонопольные, антитрестовские и судебные законы. В Германии, Франции и Бельгии рассмотрение споров и принятие решений по подобным нарушениям находится в компетенции административных органов. Вообще же, европейское антимонопольное право базируется на двух принципах – запрет монополий и регулирование их деятельности. При использовании первого принципа монополия запрещается, если стремится занять монопольное положение на рынке. В соответствии со вторым принципом создание монополии не запрещено, если ее деятельность не противоречит антимонопольному законодательству. Последний, как показывает практика, используется несоизмеримо чаще. Кстати, в Германии антимонопольное законодательство не распространяется на все без исключения отрасли экономики. Предусмотрено, что отдельные его положения, а в некоторых случаях и оно все, не применяются к транспорту, кредитным учреждениям, страховым обществам, а также к предприятиям коммунально-бытового обслуживания. Законодатели объясняют это особенностями данных отраслей экономики, а также частичным государственным надзором над ними. И если за различного рода монополистические поползновения с «удовольствием» штрафуют (и на весьма крупные суммы иной раз), то за решетку упрятать особо не стремятся. Может быть, экономически нецелесообразно: условия-то содержания в местных тюрьмах весьма комфортные (уж извините за такое слово), да и преступление преступлению рознь. Для многих немцев лишиться высокого социального статуса уже равносильно самоубийству. К тому же в Германии многие на собственном опыте убедились, что монополии – это не всегда однозначно плохо, а конкуренция – безоговорочно хорошо. Во многих случаях государство в лице соответствующих министерств и местных органов власти (иными словами – чиновников различного уровня) вообще не волнует, какую цену просит производитель или продавец за тот или иной товар. Поставил непомерно высокую, и покупают – нет проблем. Только вовремя и в нужном объеме уплати все причитающиеся налоги. «Перегнул палку» и быстро разорился – сам виноват: курочка-то по зернышку обычно клюет. Пока монополисты Deutsche Telekom или Deutsche Post не мешали никому жить, на их единовластие никто и не посягал. Стали мешать и ущемлять в одночасье появившихся конкурентов – получили, что называется, по рукам. Или другой, более свежий пример. Из русской (просьба не путать с российской) действительности на немецкой почве. Тут вам и монополизм, и конкуренция. Предприимчивый иммигрант из бывшего СССР (для немцев они все – русские, вне зависимости от национальности и конкретного места рождения) решил заняться посылочной торговлей. Не раскрывая коммерческой тайны – фирма работает до сих пор и, к счастью, закрываться не собирается – будем считать, что он решил торговать игрушками с дистанционным управлением. Нашел хороших, думающих и солидных производителей в одном из государств Юго-Восточной Азии и дело пошло. Цену установил не скромничая: аналогичного товара в Германии на тот момент не было, так что и сравнивать не с чем, возникни у кого такое желание. Так, и не возникло бы. Первые полтора года работал один, потом нанял пару сотрудников. Бизнес потихоньку расширялся. Стало возможно и на более престижную машину пересесть, и дом собственный купить не в самом захолустном городе. А через три года объявились конкуренты. Не немцы – свои же, бывшие граждане СНГ. Рассудили просто: коль у него покупают, а мы-то чем хуже. Правда, до тех производителей не добрались, стали завозить похожий товар из Польши, Израиля, Украины. Цена – несколько ниже, качество – несопоставимо. В худшую сторону, как вы понимаете. Покупатель сначала, конечно, клюнул на дешевизну. Но, заплатив на 5 или даже 10 евро меньше, вынужден был через пару месяцев покупку выбрасывать. А у теперь уже бывшего монополиста и год гарантии, и бесплатная замена некоторых запчастей… Государство, кстати, на все это внимания не обращало. Кто-то может, конечно, сказать: мелочь, мол, мышиная возня. Не те объемы, масштабы. Но все ведь начинается с малого. Тем более Германию можно обвинить во многом, только не в отсутствии бюрократии. Здешние чиновники и многим российским форы дадут. Единственное – практически не берут взяток. Уж очень есть что терять. Крепко держатся немецкие госслужащие за свое рабочее место. Знают – за что. Так им в здравом уме никто взяток и не предлагает. Бесполезно. Конечно, и здесь, судя по отдельным фактам, кого-то можно купить. За очень большие деньги. Но исключения, как известно, только подтверждают правило. К тому же для открытия и ведения бизнеса чьего-то разрешения не надо. Заполнил соответствующее заявление, открыл счет в банке, стал на учет в финансовом ведомстве и богатей на здоровье. Только не нарушай действующее законодательство. Говоря другими словами, нет необходимости в «прикормке» чиновников или приобретении любой ценой статуса «придворной компании». Хотя личные связи играют в Германии огромную роль, но, если нет факта взятки или нарушения действующего законодательства, то дальше досужих разговоров дело и не пойдет. В общем, возвращаясь опять к российским реалиям с целью подведения итогов написанному выше, необходимо заметить, что Второй антимонопольный пакет (он же – антикоррупционный), безусловно, необходим. Хотя бы потому, что не занималась бы такая масса солидных людей пустым времяпрепровождением и никому не нужным бумаготворчеством. Жизнь, значит, требует. Только вот вместо устранения причин «болезни» не взялись бы в очередной раз лечить лишь ее внешние проявления. Окончательно выздороветь при таком подходе очень проблематично. А «лекарств» с каждым днем понадобится все больше. Да и стоить они будут явно дороже. 
Борис Кунин
|
Выгодная реклама Оникс
Наши информационные партнеры
