| Алтайского "Дэна Брауна" благословил Ватикан |
 |
 |
 |
| 12.06.2009 00:43 | |||
Книга журналиста из Первомайского района Алтайского края Михаила Попенко
"Плащ крестоносца: история рыцаря, не сумевшего стать монахом" получила одобрение католического Ватикана, стала лидером продаж в Израиле и уже переведена на несколько языков мира. Это первая книга Михаила Попенко. Автор трудился над ней более 12 лет, изучал историю Востока и Запада, с карандашом перечитывал Библию и Коран. В прошлом году книга вышла мизерным тиражом – всего 200 экземпляров. Но и эти 200 книг принесли автору известность. В итоге второе издание «Плаща крестоносца» уже вышло тиражом – 2000 экземпляров. Роман уже поставили наряду с произведениями Дэна Брауна. Но американский писатель обличает Ватикан, а Михаил Попенко сводит мысль романа к тому, насколько велик был вклад католической религии в развитие цивилизации. Книга повествует о событиях далекого прошлого – о религиозной войне, начавшейся во Франции в начале XIII века, между еретиками-альбигойцами и северофранцузскими рыцарями. Михаил Попенко считает репрессии, развязанные Римской курией против еретиков, справедливыми и убеждает в этом весьма увлекательно. События той войны показаны на широком военно-политическом, религиозном и культурном фоне исторических реалий того времени. -Михаил Самуилович, как думаете, почему ваше произведение возымело такой успех? -Скорее всего, интерес читателя вызвала сама тема. Как написал в рецензии к книге литовский историк Евгений Русских, «Тема положительного влияния католической церкви на различные события европейской истории и ее мощного облагораживающего влияния на человеческий дух, давно уже не поднималась. В России книга такого плана кажется вообще первая». Роман же на самом деле направлен на поддержку традиционной веры страны, он рекомендует нравственные ценности и то, как с помощью священных заповедей можно устроить свою внутреннюю и духовную жизнь. К тому же сделан он толерантно, по цитатам папы. Не случайно, если вы откроете книгу в самом начале, увидите отзывы о романе – настоятеля Барнаульского прихода Римско-католической церкви отца Богдана Каленецки и имама Барнаулськой соборной мечети Фагима Хазрата – их суждения даже звучат одинаково. Это говорит еще и о толерантной обстановке в Алтайском крае. Такого же мнения и позвонивший накануне журналист «Радио Ватикана» Джузеппе: «Рерих говорил об Алтае как о месте слияния общечеловеческих интеллектов и соединения всех религий. Кто бы мог подумать; американцы, где католики - ведущая конфессия, постоянно нападают на Ватикан, а Россия, где католики в меньшинстве, протянут ему руку помощи и поддержки». История создания Михаил Попенко утверждает, что всегда мечтал быть историком. Учился на историческом факультете у видных научных деятелей Барнаула. Но судьба распорядилась так, что он пришел в журналистику. В итоге решил объединить увлечение историей и профессию – написать книгу. -Первую повесть написал о Таджикистане. Написал в стол, но идея осталась. Я считаю: у каждого человека есть Божий план, но об этом знает только он сам. И он его должен обязательно осуществить. Ведь верующим быть не значит – сидеть в монастыре, надо быть в гуще жизни, жить по заповедям. Что же касается "Плаща крестоносца", то его появление связано со среднеазиатскими воспоминаниями студенческой юности. Еще в вузе я увлекался историей и культурой Востока, изучал Китай. А мой отец в те годы заведовал кафедрой немецкого языка в Ленинабадском педагогическом институте им. С. Кирова (Ленинабад – современный Худжанд в Таджикистане). Я часто гостил у отца, познакомился с его друзьями, преподавателями истории и философии из разных таджикских и узбекских вузов. Один из них, Махмед Рахимов, рассказывал мне о загадках Памира. И многие «восточные» страницы "Плаща крестоносца" написаны на основе тех материалов. Идея из "ларца" -Я сразу решил написать роман в стиле "Айвенго", - рассказывает Михаил Самуилович. – Окунуться в атмосферу старых замков, привидений и оружия. Вначале ни о каком богословии не мыслил, думал только об авантюре, увлекательности. Потом мне случайно попался на глаза старый советский фильм "Ларец Марии Медичи". Он начинается с кадров сожжения еретиков, неких альбигойцев. Я заинтересовался этим событием. Стал подбирать литературу, с эпохой знакомиться. Оказалось, что Альбигойская война – 1209-1229 годы - самая загадочное идеологическое столкновение в мире. О нем мало что известно, представители еретиков их всех уничтожили. Кстати, в "Коде да Винчи" Дэна Брауна тоже упоминается об альбигойцах, но вскользь. О самой войне, боях и битвах остались сведения, а о смысле вероучения почти ничего не сохранилось, инквизиция беспощадно уничтожала все, что имело отношение к еретикам. Две тайные книги находятся в итальянском монастыре Монте-Касино у папы. Мне стало интересно, я понял, что тема неисследованная, а значит – обречена на успех у читателя. И чем больше занимался внешней стороной дела - войной, битвами, тем больше возникало вопросов о смысле той загадочной альбигойской религии. -Расскажите, кто эти загадочные альбигойцы? -Альбигойцы – это еретики, вероотступники, их можно сравнить с коммунистами. Хотя они были распространены по всей Европе, только с разными названиями, например, в Болгарии – это богомилы. Еретики свободно подходят к текстам священного писания. Это и есть ересь – отступление от канона. Еретики, как правило, стремились не только к духовной, но и к политической власти, потому их следствием в средние века были жестокие войны. Не вера - причина всех несчастий в этом мире, а сам человек, если он идет путем греха и порока. -Что значит название - "Плащ крестоносца…"? -Плащ – это абстрактное понятие, такое духовное состояние, когда человек желает жить на основании священных заповедей. Человек заворачивается в евангельские заветы, как будто бы в плащ. Обратите внимание на вторую часть названия "…история рыцаря, не сумевшего стать монахом". Этим я хотел сказать, что на вечных попытках приобщиться к истинам и держится жизнь человека. И я так и не сумел приобщиться к ним, но стремился к этому. И книга – тому доказательство. Интернациональные помощники -На мой взгляд, написание исторического романа требует работы с большим количеством источников, документов… -Поиски материала по идеологии познакомили меня с отцом Романом, бывшем представителе Ватикана в Барнауле. Он и сам знал немного о религии альбигойцев, но специально для меня раздобыл массу новой информации, чем чрезвычайно помог мне в написании книги. Сейчас отец Роман представляет католическую церковь на Аляске. Работая с книгой, я познакомился с испанским журналистом Эухенио Гарсия Ортесом. Благодаря его материалам удалось восстановить битву при Лас-Навас де Толоса. -Этот журналист имел русское происхождение или был знаком с языком? -Это мне пришлось выучить испанский язык для общения с ним. Вообще поиски материала познакомили меня с массой интересных людей со всех концов света. Сейчас я работаю со второй книгой - «Завещание иранского пророка», она о цивилизации Мани, о ереси. Так мне помогают историки Чили, Испании, Португалии, Чехии и Китая. Но Эухенио и я много чему научил, он даже собирается на Алтай. А вот с Санчо Кардинали из Сантьяго переписываемся, тот вообще по-русски ни одной буквы не знает. Есть у меня знакомый ученый из Китая, он хорошо знаком с русским языком. -Вы ходили на курсы или самостоятельно осваивали иностранный? -В основном самостоятельно изучал. Еще во время обучения в вузе у нас были курсы интерлингва. С тех времен учебники еще остались, вот по ним и учил. "Богословский боевик" -Вы упоминали, что для написания книги пришлось проштудировать Библию с карандашом. А какую Библию вы брали за основу – православную или католическую? -Что у католиков, что у православных – вероучительные книги одинаковые. Тысячу лет католики и православные были вместе. Развели же их не разночтения в вере, а больше политика. Есть определенная разница в ритуале. В частности, в православии нет скульптуры, у нас во время службы сидят, у католиков - стоят. Это сложная тема, и на уровне обывательского понимания веры эти различия не существенны. Как говорится, у христианства одни легкие: одна половина – православие, вторая – католицизм. Нужно говорить, что объединяет, а не том, что разъединяет. Разъединяет только политика, а догматы веры одинаковые. -Книга основана на исторической правде, но вы ведь сами говорите, что стремились сделать ее еще и увлекательной. Значит, элемент вымысла в ней есть? -Вымысла нет. Есть элементы мистики. Но мистика присуща любой вере. В романе мистика приобретает психоэмоциональные качества. По большому счету это и не мистика, это духовная практика христианских монахов, польза которой доказана современной медициной. Эти заговоры-самовнушения я нашел в старинных монастырских книгах византийских монастырей и поучениях православных отцов церкви. Они эффективны и по сей день. Один читатель признался, что по сюжету моей книге ему удалось понизить сахар в крови. В книге есть даже целая глава – заклинания чистой воды, я называю их психоэмоциальной гимнастикой. -Как вы относитесь к тому, что ваше произведение сравнивают с «Кодом да Винчи», а вас – с Дэном Брауном? -Если смотреть на эту ситуацию с коммерческой стороны, поскольку мы живем в рыночную эпоху, это хорошо, добавляет книге известности. Но у нас абсолютно разные темы. Он пишет не об истории церкви, он делает деньги на интересной теме, потому что сам Ватикан и его история – абсолютная загадка. У меня же книга другого жанра. Некоторые называют ее «богословским боевиком», потому что в ней есть отдельные главы чисто детективные. Но главное, к чему стремился, – это воспитание морали на основе священного писания. В ней есть об отношении к вере, к семье, к женщине. Но ответов как таковых нет. Обратите внимание, в книге есть 12 загадок, но читатели должны их найти сами. -Как считаете, ваш "Плащ крестоносца" достоин экранизации? -Я был бы рад, если бы появились желающие экранизировать книгу. Считаю, надо жить с целью, с мечтой. Но она не должна быть довлеющей. Как говорил святой Августин, - "легче, проще, веселей". Алиса Тростникова. Фото Влада Комякова.
|
Выгодная реклама Оникс
Наши информационные партнеры
