строча в день собственного 45-летия (отсюда и заголовок) объяснительную в вечность.

Штука в том, что по отношению к нам, журналистам, современное общество достаточно цинично: то притягивает к себе, созывая на брифинги, пресс-конференции и презентации по любому мало-мальски достойному внимания поводу, то отторгает, по-беликовски боясь, «как бы чего не вышло». «Спасибо» - оно, конечно, греет, но на хлеб его не намажешь. Общее место любой научной, общественной и другой высоколобой дискуссии - ругать СМИ, обвиняя «рабочих лошадок информационного пространства» во всех мыслимых и немыслимых смертных грехах, забывая простую истину: журналисты - всего лишь зеркало общественных процессов, и нечего на это зеркало пенять, коли рожа крива.

…И все-таки. В профессию я пришел в далеком 1984-м. Областная газета «Рабочий Край», как, впрочем, и «молодежка» - «Ленинец», располагались тогда в здании на улице Советской, 49 - в центре Иванова, в здании, именовавшемся Домом печати. Веселое было время, ей Богу. Время опечаток о «М.С. ГорбаЕве» на первой полосе. Время молодости моих ныне постаревших, разбежавшихся, а то и, увы, ушедших из жизни коллег. Да и время моей, как ни крути, молодости.

О чем писал в тогдашнем, как бы сейчас выразились, формате? О песнях Юрия Антонова, о фильме «Пришла и говорю» с Аллой Пугачевой (такой, помнится, завязался читательский спор после той публикации!). О том, какими должны быть стенгазеты и как провести освещение на улицу Завокзальную. О культуре, которой старался служить  верно и адекватно. Писал о молодых и о ветеранах, о предпринимателях, поэтах, учителях, священнослужителях…
В лихие девяностые пошел, что называется, «по рукам». В выборной гонке участвовал, сотрудничая с эпизодической газетой, называвшейся характерно - «Без дураков». Писал в местную «Профсоюзную защиту» и даже занимался преподавательской деятельностью в ивановском учебном центре «Гелия», который на самом деле быть учебным (как выяснилось позднее) только пыжился. Было дело, бросало меня то в рекламистику, то в науку, то в духовные искания. Короче, покуралесилось мне.

…Та же Пугачева недавно перед телекамерой выкрикнула, выйдя на сцену: «Я не хочу петь, я хочу просто говорить!!!»  Со мной, слава Богу, пока не так: писАть пока еще и хочется, и можется. Хотя не поспоришь с Пахмутовой и Добронравовым, что «мудрость, словно осень, настает».

Не наша, брат, вина, что общество ушло в форматированность мышления. Что ивановская действительность (в отличие, скажем, от шуйской, лежневской или лухской) зла и зачастую мне непонятна. Что нынче, как я сам определил, «время запертых дверей, и нам не пробежать его быстрей».

Кстати, я увлекся сочинением sms-стихов (интересный жанр!), освоил Интернет  и стал отчасти, как выражается Ян наш Бруштейн, интернетным человеком.

Насколько я свободен? Да абсолютно! Как незабвенный Андрей Вознесенский. Как Лолита (без комплексов). Как…  Впрочем, любое сравнение хромает. Наверное, суетен, вероятно, больше репортерист, чем аналитичен (исправляюсь). Но не утратил, хочется верить, ни напора в работе, ни жажды жить взахлеб, черпая впечатления, общение и встречи полной ложкой.

 Александр БЫКОВ,
ИВАНОВО