Анализируем состояние мирового и внутреннего рынка природного газа в России и на Дальнем Востоке вместе с Виктором Калашниковым, доктором экономических наук, заведующим отделом макроэкономической динамики и отраслевых рынков института экономических исследований ДВО РАН.
    -Виктор Дмитриевич, какие уроки можно извлечь из ситуации, в которой оказались Россия, Украина, страны ЕС? Насколько существенна основа для газовых конфликтов?
    -За разногласиями между двумя славянскими странами стоят большие экономические потери. Конфликт отчасти разрешился, и можно сказать, что победил прагматизм. Правительство России договорилось с Украиной о транзите газа в Европу и о его поставках в саму Украину. Конечно, в развитии газового конфликта сыграли первую скрипку острые внутриполитические разногласия в Украине. Но ситуация подвигает нас к неизбежному выводу: современная архитектура глобальных поставок газа ненадежна и уязвима. После десятилетий цивилизованного развития, когда повсеместно признаны демократические ценности, когда далеко позади холодная война и утверждается международная система экономических договоренностей, глобальная энергетическая безопасность - шаткая конструкция. Она десятилетия держится на принципах диверсификации и суверенитете поставщика, транзитера и потребителя ресурсов. Диверсификация потребления ресурсов назрела, но концепция «суверенитета» требует изменений. Только взаимное участие заинтересованных сторон, совместные предприятия во всей цепочке производства, транспортировки, транзита, распределения энергоресурсов способны заметно снизить риск срывов в поставках. 
     -Сколько же на самом деле стоит газ? В процессе конфликта назывались рыночные цены в 250, 370, 450 долларов за тысячу кубометров. 
     -Ценообразование в газовой сфере сложное. По себестоимости газ дешевле, чем, например, нефть, уголь. Но газ обладает мощным «потребительским эффектом» с учетом своих высоких теплотворных и экологических свойств. По мобильности он уступает нефти, даже когда речь о сжиженном газе. Если мазут, дизтопливо или уголь можно без особых затруднений разводить танкерами и цистернами, то газ жестко привязан к трубам. Мировой рынок нефти хорошо развит, а мирового рынка газа (как мобильной торговой площадки) не существует. Потому газ в основном поставляется по долгосрочным контрактам, и принято цены на газ привязывать к нефтяной корзине. Причем со скидкой на «немобильность». В формуле ценообразования обычно применяется трехмесячный базис: в расчете цены на газ участвует средняя цена по нефтяной корзине, сложившаяся за три месяца. Если цена на нефть снизилась, цена на газ тоже снижается, но она имеет инерционный тренд из-за сглаживания колебания нефтяных цен за три месяца базисного периода. В Европе ценообразование на газ как раз и ориентировано на корзину энергоресурсов. Мировая цена на нефть и нефтепродукты заметно падает, поэтому весной газ может стоить около 200 долларов за тысячу кубометров (что, кстати, выгодно для Украины, которая в 2009 году получила еще и 20-процентную скидку против европейских цен).
      -Люди не понимают, почему стоимость энергоресурсов падает, а тарифы на газ в России растут. Что будет происходить с ценами на газ для внутреннего потребления? 
      -Ценообразование действительно вызывает вопросы, хотя среди специалистов особых разногласий здесь нет. Так, по словам премьер-министра России, в прошлом году цена российского газа для потребителей Украины сложилась в размере 175 долларов за тысячу кубометров. Однако для своих потребителей Украина реализовывала газ по 320 долларов. Вопрос: 320 минус 175, в чьих карманах оседала эта разница? На сегодня внутри России цена на природный газ значительно ниже экспортной (продаем в Европу в среднем по 250 долларов за тысячу кубометров, российские предприятия приобретают газ по 50 долларов). Для выравнивания конкурентных условий мы приняли на себя обязательство повысить стоимость газа к 2012 году до среднеевропейского значения, за вычетом стоимости транспортировки. Так как стоимость транспорта газа достигает 50% от его общей стоимости потребления, то преимущество России в промышленном производстве на природном газе все равно останется.
       В регионах России исторически сложился структурный дисбаланс в ценах на энергоносители. Природный газ дешевле и эффективнее других альтернативных энергоресурсов, прежде всего, угля. Доля газа в общем балансе энергопотребления страны повышается, и составляет более 55%. Это слишком высокая доля. Нужна диверсификация в энергопотреблении. Между тем, в России много угля, но для потребителей он пока дороже природного газа. Планомерное повышение стоимости газа поможет решить задачу диверсификации использования ресурсов, увеличить экономическую эффективность потребления угля и повышения стабильности общего энергоснабжения. Стабильность энергоснабжения везде ценится выше, чем собственно цена на энергоресурсы. Ведь когда потребители стран Европы замерзали, они не спрашивали о цене на газ, они требовали возобновить газоснабжение.
     -Как будет развиваться газовый рынок на Дальнем Востоке? Какие вопросы предстоит решать «Газпрому» в этом регионе?
     -Уровень развития газового рынка на Дальнем Востоке заметно уступает российскому уровню. Доля газа в структуре потребления топлива превышает 12%. Тем не менее, динамика последних лет неплохая. Хабаровский край в основном завершил проект по созданию опорной газовой сети. В принципе такая же задача стоит перед «Газпромом», но в масштабах Дальнего Востока и с учетом экспортных возможностей. Уже принято решение Правительства РФ по строительству газопровода с Сахалина в Приморский край. Проект должен быть реализован в третьем квартале 2011 года, к началу саммита АТЭС. Подчеркну, что для региона проект высокоэффективен и в случае успеха расширяет возможности экспорта в разы (диаметр трубы составит уже не 520мм, которая необходима для нужд Хабаровского края, а 1440 мм), и объемы транспорта газа могут составить до 20 миллиардов кубометров в год. Это обеспечит потребности Приморья и Южной Кореи. Приморью надо готовиться к переводу энергетических объектов на природный газ. Газопровод для потребителей Южной Кореи, с учетом украинского инцидента, скорее всего, будет спроектирован по дну Японского моря в обход Северной Кореи.
      Другой мощный газопровод - из Якутии - планируется протянуть вдоль трассы нефтепровода «Восточная Сибирь — Тихий океан» (ВСТО). Это позволит экспортировать газ и в Китай. Японский рынок также готовится к приему дальневосточного газа. Около 85% сжиженного газа по проекту «Сахалин-2» будет транспортироваться в Японию газовозами по морю. Проект должен быть запущен в этом году.

Андрей СМИРНОВ
Дальневосточный ФО